Страницы

суббота, 28 мая 2011 г.

remember all

Модели – феномен исключительно прошлого столетия. Ни в XIX, ни в более ранних веках никому и в голову не приходило демонстрировать готовую одежду на женщинах. Только в начале XX века французский модельер Поль Пуаре начал проводить первые открытые показы, где одежду демонстрировали его жена Дениза и нанятые актрисы. Немногим ранее на страницах журналов мод стали появляться первые «фото-модели»: все те же актрисы, а также светские львицы и именитые красавицы, которым не терпелось потешить свое самолюбие. Конечно, должно было пройти еще несколько десятилетий, прежде чем слово «модель» превратилось в профессиональный термин, но фундамент уже был заложен. Как и любая другая профессия, эта претерпела немало изменений. Но если большинство профессий развиваются по пути совершенствования навыков, и пути эти можно предугадать, то в случае с моделями мы можем только констатировать востребованность тех или иных типажей и анализировать, какие предпосылки социального толка способствовали их популяризации. 
1950-е: тонкая талия
Беттина Грациани
В эти послевоенные годы модная индустрия начинает набирать обороты. Война красной нитью разделила все на «до» и «после»: «до» – пошив по индивидуальному заказу в ателье, нетерпимость состоятельных дам к одежде фабричного производства; «после» – эра prêt-a-porter, к которой только предстояло адаптировать женщин. Конечно, модные показы с участием профессиональных манекенщиц продолжали оставаться прерогативой тружеников «высокой моды». Совсем в ином направлении развивались модные журналы: так, например, в 1956 году Vogue посвятил свой августовский номер «готовому платью». Красавицы на страницах номера доказывали, что элегантным может быть не только наряд haute couture. 
Довима, Сьюзи Паркер
В 50-е годы основы модельной красоты только закладывались, поэтому на подиумах можно было видеть и трогательных созданий типажа Одри Хепберн, и обладательниц более чувственной красоты, моду на которых диктовала успешная карьера Брижит Бардо. Основным же требованием к внешнему облику модели была тонкая талия – здесь условия диктовались уже популярностью стиля new look и возросшим по окончании войны интересом к фильму «Унесенные ветром». Символом эпохи становится Беттина Грациани – любимица французского кутюрье Жака Фата.

1960-е: тростинки
Джин Шримптон,  Дониэйл Луна

Этот период отмечен поисками всего неканонического, выходящего за рамки. На модной авансцене появляются первые темнокожие модели, в числе которых – Дониэйл Луна. Несоответствующее царившим до сих пор голливудским стандартам, слегка вытянутое лицо Эльзы Перетти вдохновляет Джорджо ди Сант-Анджело на создание костюмов в восточном стиле, где лоб и подбородок оказываются частично скрыты под платком. Изменения претерпевают не только лица, но и фигуры: на смену обладательницам осиных талий приходит угловатая, своими формами больше напоминающая юношу Лесли Хорнби, которую мир знает под именем Твигги.
Верушка, Твигги

Теперь уже нельзя сказать, что манекенщица – всего лишь вешалка для одежды: по обе стороны океана девушки стараются подражать стилю «тростинки», они копируют ее короткую стрижку, подбирают в Biba и Mary Quant похожие платьица и истязают себя страшными диетами. В 60-х укореняется представление о моделях как об обладательницах яркой индивидуальности, законодательницах мод, их личная жизнь теперь интересует публику не меньше, чем личная жизнь кинозвезд. Две другие большеглазые красавицы, Верушка и Джин Шримптон, становятся музами фотографов и режиссеров.
Беверли Джонсон, Марго Хэмингуэй

В 70-х увлечение американским стилем жизни, начавшееся еще в послевоенные годы, перерастает в маниакальное пристрастие ко всему американскому. Востребованной становится «красота по-американски», а олицетворением этой красоты – Марго Хэмингуэй, внучка знаменитого писателя. Высокая, светловолосая, стройная, она пришлась по вкусу публике и долгое время курсировала с обложки одного модного журнала на другую. Конечно, у Марго не было глаз Твигги, зато в ее лице были гармония и выражение полного благополучия (что было далеко от реальности: девушка с юных лет страдала алкоголизмом, ни одна попытка излечить который не привела к положительному результату).
Лорен Хаттон

Марго Хэмингуэй и Лорен Хаттон стали для Америки 70-х тем же, чем были для Америки 80-х сестры Иден и Келли Кэпвелл из долгоиграющего сериала «Санта-Барбара»: две ослепительные блондинки, две американские мечты, которым одинаково завидовали и сопереживали. Важным событием десятилетия стало появление на обложке американского Vogue темнокожей модели Беверли Джонсон. Такое произошло впервые и для журнала, который по сей день ругают за дискриминацию моделей по расовому признаку, стало настоящим прорывом.
1980-е: темнокожие нимфы и феномен Джии Каранджи
Гейл О'Нилл, Иман

Это десятилетие считается золотым временем моды. Своего пика достигла культура яппи, а вместе с ней – культ внешнего вида. Набирает обороты карьера темнокожих моделей, их особенно активно привлекает к работе на своих показах тунисец Аззедин Алайа, неоконформистский крой которого становится символом роскоши.
Вероника Уэбб

Силуэты платьев Алайа – это формы господствующих на подиумах моделей. Они окончательно перестали быть худышками, немного потеряли в росте и все больше походят на античных богинь. И, конечно, невозможно не вспомнить о Джии Каранджи, вписавшей свое имя в истории моды в статусе первой супермодели. К тому же именно Джия с ее жгучей, средиземноморской красотой окончательно сломала стереотипы, царившие в модельном бизнесе: отныне кареглазые, темноволосые девушки ценились не меньше златокудрых красавиц.
Джиа


1990-е: супермодели и «героиновый шик»

Татьяна Патиц, Синди Кроуфорд
Наоми Кэмпбелл

90-е – логичное продолжение предыдущей декады: модели, во второй половине 80-х начавшие свою карьеру, теперь оказались на пике успеха. Шуточный термин «супермодель» (всего лишь колкость в адрес «суперзвезд» Уорхола) стал символом едва ли не новой религии, исповедовать которую бросились не только редакторы глянцевых изданий, но и сами дизайнеры, которые до этого безоговорочно считались предтечей всего в модной индустрии. Пожалуй, лучше всего характеризует важность супермоделей многострадальный афоризм, родившийся во время интервью Линды Евангелисты журналу Vogue: «Меньше, чем за 10 тысяч долларов, я даже с кровати не встану».

Клаудиа Шиффер, Кристи Терлингтон



Линда Евангелиста, Хелена Кристенсен 

Эта декада оказалась богата на имена: Татьяна Патиц, Наоми Кэмпбелл, Кристи Терлингтон, Стефани Сеймур, Хелена Кристенсен, Клаудиа Шиффер, Синди Кроуфорд. Отдельная глава в этой истории – появление в 1990 году на обложке июльского номера The Face совсем еще юной Кейт Мосс. Слишком низкая, слишком худая и, что греха таить, слишком некрасивая (спустя какое-то время ее обходительно будут называть «нестандартной») – этот дебют был похож на разорвавшийся снаряд, и все модельные агентства тут же бросили свои лучшие силы на декодирование «фактора Мосс».
Кейт Мосс

В 1993 году Мосс вступила в творческий союз с небезызвестным американским дизайнером Келвином Кляйном и юным фотографом Дэвидом Сорренти, снявшись в рекламной кампании аромата CK Obsession. Это сотрудничество принесло плоды не только Кейт, чья карьера теперь набирала обороты с удвоенной сильной, но и всему миру моды в целом: в болезненного вида девушке, безразлично смотревшей с рекламных постеров, разглядели икону только формирующегося поколения «героинового шика». Чрезмерная худоба Мосс, ее впалые щеки и мальчишеская фигура больше не смущали – они превратились в основные атрибуты образа, которому теперь хотели соответствовать большинство девушек.

2000-е: инопланетянки

Лили Коул, Джемма Уорд

Успех Кейт Мосс вызвал новый виток интереса к необычному, внимание скаутов теперь привлекали исключительно обладательницы красоты с эпитетом «неземная». Глаза в половину лица, крохотный ротик, почти анимационные пропорции лица – главной героиней обложек в 00-х стала австралийка Джемма Уорд. С родной фермы девушка, которой на тот момент едва исполнилось 15, отправилась прямиком на подмостки Милана и Парижа. «Инопланетянка» Уорд совершила настоящий переворот в модельной индустрии. Во-первых, оказались в прошлом возрастные ограничения: в возрасте 16 лет Джемма уже оказалась на обложке американского Vogue, – что повлекло за собой «омоложение» манекенщиц, модельным агентствам больше не казалось зазорным поставлять «новые лица» для Недель моды буквально из-за школьной парты. Во-вторых, вслед за снижением возрастной планки пришла пропаганда так называемого «нулевого» размера, за которым часто скрывались пищевые расстройства и месяцы изнурительных диет. Потеряв подростковую субтильность, но не желание продолжать карьеру, модели вынуждены были доводить себя до истощения. Сама Уорд, взяв таймаут в 2008 году, так и не смогла вернуться в модельный бизнес: она стала заложницей собственноручно установленных стандартов, и, набрав в весе, оказалась фактически непригодна для подиума.

Хизер Маркс, Саша Пивоварова

Личико Хизер Маркс, еще одной инопланетянки, потеряв подростковую припухлость, перестало быть интересно работодателям: девушка, за перемещениями которой с одной обложки на другую сложно было уследить, теперь делает несколько незначительных показов в сезон. Как бы то ни было, активная пропаганда анорексии продолжалась до тех пор, пока несколько моделей не умерли во время показов. Однако даже после этого сохранялось негласная иерархия: высокая мода была уделом худышек, девушкам же с формами отводилась роль «ангелочков» Victoria’s Secret. Также прошлое десятилетие ознаменовалось спросом на национальности: развернулась нешуточная борьба за звание самых красивых и работоспособных, лидерство почти всегда доставалось бразильянкам или россиянкам.

2010-е: продолжение следует...

Линдси Уиксон, Лара Стоун

Пока еще рано говорить о том, каким станет для истории модельного бизнеса нынешнее десятилетие. То, что мы видим на подиумах сейчас, – не более чем компиляция тех изменений, которые произошли в облике модели за последние полвека. Стремление находить нестандартные лица привело к увлечению визуальным гротеском: пухлые губы американки Линдси Уиксон и голландки Дафны Грюнвельд говорят не о чувственности, а придают своим обладательницам сходство с популярными куклами Bratz. Немудрено, что обе уже успели стать лицами марки Miu Miu, кампании которой отличает особая «кукольность».

Давна Грюнвельд, Хейли Клаусон

Интерес к ретро-образам вывел на подиумы юных Брижит Бардо, в числе которых оказались Лара Стоун, Хейли Клаусон, Джорджия Мэй Джаггер, Эшли Смит и много других светловолосых bombshells с кокетливой щербинкой между передними зубами.

Джорджия Мэй Джаггер, Эшли Смит
Фрая Беха, Каролин Браш-Нильсен


В противовес вышеназванным оплотам женственности выступают так называемые tomboys – андрогинного типа девочки, с формами Твигги. Для стилиста или фотографа работа с ними – это работа на контрастах: так, для съемок весенней кампании Valentino – бренда, в последних своих коллекциях сделавшего ставку на девичью эстетику, – были выбраны отнюдь не нежные Фрая Беха и Каролин Браш-Нильсен. Особенностью же недавно стартовавшей декады можно считать попытки вызвать спрос на plus size, тем самым внушив общественности, что мода и healthy look – понятия совместимые.

Комментариев нет:

Отправить комментарий